Этот прием исследования используется для описания различных единиц языка и находит также применение при описании семантики слов. Лексическое значение каждого слова можно охарактеризовать определенным набором семантических признаков (сем, компонентов, множителей, долей и т. п.). Использование метода компонентного анализа хорошо иллюстрируется на тех лексических группировках, которые связаны с наименованием конкретных предметов, темати­чески объединенных между собой.

Так, группа слов отец, мать, сын, дочь, дядя, тетя, племянник, племянница достаточно четко характеризуется тремя признаками, комбинациями которых может быть представлено значение каждого из этих слов. Этими признаками являются: а — степень родства, Ъ — пол, с — поколение. Обозначив символами а (близкое родство), а (неблизкое), с (старшее поколение), с (младшее), Ъ (мужской пол), Ъ (женский), представляем значение слова отец комбинацией признаков abc, мать — abc, сын abc, дочь abc, дядя «dbc, тетя аБс, племянник abc, племянница — о35с, т. е. каждое из этих слов отличается от другого как минимум одним каким-либо признаком. Признаки, различающие значения слов, называются дифференциальными. Так, для пары слов отец и мать дифференциальным признаком является признак пола, для слов отец и сын — признак поколения и т. д.

С теоретической точки зрения предполагается, что некоторый набор обобщенных семантических признаков, т. е. признаков с предельно широким значением, достаточен, чтобы описать значение

Выбор методов для анализа и описания лексических единиц определяется в первую очередь целью исследования и характером имеющегося лексического материала. При этом с учетом многоас-пектности и разнообразия как семантики отдельного слова, так и видов отношений между словами в основу исследования может быть положен анализ или отдельных аспектов значения слова, или оп­ределенных видов отношений между словами. Сужение сферы ис­следования до отдельного аспекта значения слова или до опреде­ленного вида отношений между словами преследует цель строго и точно описать лексические факты с одной какой-либо стороны, жертвуя при этом полнотой описания.

Дать общую всестороннюю характеристику слова, основываясь только на одном строго последовательном методе, очень трудно из-за сложного и противоречивого характера свойств описываемого объекта (слова). Если цель исследования связана с описанием всех употребительных слов данного языка, то в качестве языка для их описания, т. е. метаязыка, может использоваться набор некоторых единиц с универсальным содержанием. Метаязыковой подход к анализу лексики может основываться на предварительной теорети­ческой разработке единиц метаязыка с последующим их использо­ванием применительно к конкретному лексическому материалу. Метаязык вырабатывается также эмпирическим путем посредством абстрагирования единиц метаязыка из текстов (речи). Неметаязы-ковые подходы к анализу лексики осуществляются с учетом раз­личных функций слова в речи, а также посредством анализа тех свойств слова, которые поддаются или непосредственному наблю­дению, или выводятся дедуктивным

Эта наука изучает географические названия, лежит на стыке лингвистики, географии, истории, этнографии. Специфика этой дис­циплины именно в том, что объект ее исследования принадлежит не только лингвистике, но и другим наукам. Семантика топонимов мотивирована признаками, положенными в основу их наименования, причем выбор этих признаков часто определяется не столько пред­метной соотнесенностью, сколько социальной значимостью имену­емого объекта. Топонимы представляют собой один из наиболее многочисленных пластов лексики. Только в небольшой стране Шве­ции зарегистрировано около 12 миллионов топонимов, а в таких больших странах, как Россия, Китай, они до сих пор не подсчитаны.

Системность топонимов основывается прежде всего на их пред­метной соотнесенности, что довольно четко фиксируется термино­логически в соответствующих названиях различных классов топо­нимов: гидронимы — названия водных пространств, оронимы — названия объектов рельефа, ойконимы — названия населенных пунктов, микротопонимы — названия мелких географических объ­ектов (колодцев, мостов, оврагов, дорог, рощ, полей, лугов и т. п.), спелеонимы — названия пещер и т. п.

Связь топонимики с историей проявляется в том, что в топони­мических названиях отражены исторические процессы наименова­ний: так, фамильные названия городов в России возникли в эпоху феодализма (ср.: Владимир, Ярославль и др.) и получили довольно широкое распространение впоследствии (ср. Екатеринодар, Пет­роград и др.), промышленно-горнозаводские названия начали ис­пользоваться в эпоху развития капитализма (ср.: Петрозаводск, Кузнецк и др.). По

Собственные имена сближаются по своему значению с место­имениями: при незнании объекта те и другие бессодержательны. Правда, необходимо отметить, что с диахронической точки зрения многие имена в разных странах сохраняют в своей форме или содержании если не предметную, то социальную значимость. Так, личные имена на -слав имели право носить в Древней Руси XI—XII веков толькб князья (ср.: Ярослав, Святослав и др.); отчества первоначально в России имели только бояре и знатные люди, в Польше на -ski в XVII—XVIII веках именовались преимущественно шляхетские семьи, во Франции и Германии дворянское происхож­дение фиксировалось элементами de и von, входящими в состав имен собственных, и т. п.

Несмотря на то что имянаречение — индивидуальный акт в каждой семье, в массовом масштабе оно подчиняется определенным закономерностям, которые обусловлены такими факторами, как тра­диция, мода, благозвучие имени, учет культурно-исторических и национальных критериев, антропонимической нормы и др.

Среди личных имен так широко, как ни в одной другой сфере лексики, «бушует» омонимия (Чейф 1975: 131). В дореволюционной русской деревне каждый пятый мужчина назывался Иваном. В настоящее время только в Москве зафиксировано 90 тысяч Ивано­вых, из них около 1000 Иванов Ивановичей Ивановых. В Швеции с населением семь миллионов человек тремя фамилиями Андерсон, Иогансон, Карлсон названо более одного миллиона человек и т. п. Правда, необходимо отметить, что степень омонимии имен у разных народов различна: у тюркоязычного населения, например, с оди­наковой частотой используются сотни разных имен.

Нетождественны в

Собственные имена людей — одна из специфических категорий слов в лексическом составе языка. Основная функция антропони­мов — различение людей. Благодаря этой функции в системе ан­тропонимов заложена тенденция к максимальному расширению ко­личества разных имен. Однако этой тенденции противоречат сло­жившиеся в обществе традиции, мода, обычаи, религиозные огра­ничения имянаречения, которые резко суживают набор используе­мых антропонимов, что приводит к существованию в том или ином социальном коллективе большого числа одинаковых имен. Проти­воречие между различительной и ритуальной функциями антропо­нимов лежит в основе развития системы личных имен.

Несмотря на то что собственные имена принадлежат к наиболее употребительным словам языка, они не включаются ни в частотные, ни в толковые, ни в другие общие филологические словари. Это объясняется особенностью семантики имен, которая обычно моти­вируется только нарицательными именами, но при этом не имеет внутренней связи с конкретным человеком, обладающим тем или иным именем. Так, по имени, например, Иван мы можем предпо­ложить, что его носителем является, вероятнее всего, русский, он определенно мужского пола, взрослый (иначе мог бы называться Ванюша или Ванечка и т. п.), но ничего не можем сказать об его конкретных индивидуальных свойствах.

Разумеется, личные имена близких и знакомых нам людей, фамилии крупных исторических деятелей, известных писателей, ученых, артистов, спортсменов и т. д. информативны для нас, являются содержательными, однако содержание подобных имен це­ликом обусловлено экстралингвистическими